Вернуться к обычному виду



Бобылов Ю.А. ЧТО ТАКОЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЕКТ "ЕВРОСИБИРЬ"?

  

Бобылов Ю.А. ЧТО ТАКОЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЕКТ "ЕВРОСИБИРЬ"?

Бобылов Ю.А. ЧТО ТАКОЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЕКТ "ЕВРОСИБИРЬ"?

О том ПРОЕКТЕ я узнал от известного российского слависта, переодчика и геополитика Павла Владимировича Тулаева.
Это было для меня время личных открытий и надежд. В 2005 г. на одном дыхании написал 1-ю редакцию книги "Генетическая бомба" (М.:2006). Это было время, когда я увлекся "военной биологией" и открыл биологическую и геополитическую возможность возникновения "биологических расовых войн".
После написания книги я написал статью: ГЕНОЦИДНЫЕ И БИОЛОГИЧЕСКИЕ ВОЙНЫ // АТЕНЕЙ, 2006 № 7, с. 33-39. Статья понравилась П.В. Тулаеву. Мне он также сказал: "Я публикую также тексты от вывших военных и сотрудников спецслужб!" При получении авторского экземпляра "АТЕНЕЯ" он подарил для моего умственного развития несколько своих книг. Одна из них красиво описывала новый интеграционный проект "ЕВРОСИБИРЬ" БЕЗ УЧАСТИЯ В НЕМ США!!!

Теперь привожу квалифицированную статью на эту тему:

ЕВРОСИБИРЬ ИЛИ ЕВРОРОССИЯ?* [Мнение Павла Тулаева]
 Алексей Ильинов 30 ноя 2009, 11:41
http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=55&t=145#p413

*ЗА ЧТО РАТУЕМ МЫ?*

Гийом Фай (Guillaume Faye) – один из самых интересных и глубоких мыслителей нашего времени. В последние два десятилетия он признан ведущим идеологом движения «новых правых».

Родившись в 1949 году во Франции (г. Ангулем), он провёл детство в землях древних галлов на берегу реки Шаранта. Получил высшее образование в парижском Институте политических наук. В молодые годы изучил философию, социальные науки и историю, работал в качестве журналиста в «Le Figaro Magazine», «Paris Match», других периодических изданиях. Публиковал статьи в «Elements» и «Nouvelle Ecole» (о Хайдеггере, Парето, Шмитте), а также в журнале «Geostrategique» при Международном институте стратегических исследований.

Первый опыт борьбы на идейном фронте Гийом Фай приобрел в рамках «Кружка Вильфредо Парето», чья социологическая теория о «циркуляции элит» его увлекала в начале 1970-х годов. Через десять лет молодой философ стал одним из лидеров ГРЕСЕ (Группы изучения европейской цивилизации), главной организации «новых правых», с которой он порвал отношения в 1986 году по личным соображениям.

В разные годы жизни французскому мыслителю приходилось зарабатывать на хлеб в качестве конферансье, сотрудника радио, телевидения и рекламы. До недавнего времени он ежемесячно выпускал свой политический бюллетень «J’ai Tout Compris» («Я всё понял»), который был посвящен актуальным проблемам и имел подзаголовок «письма дезинтоксикации». Теперь его заменил аналогичный бюллетень под другим названием – «Signal d’Alarme» («Сигнал тревоги»).

Гийом Фай – автор нескольких книг по политологии и философии современности. Наиболее известные из них: «Система убийства народов» (1981), «Упадок Запада» (1984), «Новые идеологические ставки» (1985), «Археофутуризм» (1998), «Колонизация Европы. Правда об иммиграции и исламе» (2000), «За что мы сражаемся» (2001).

Из новых публикаций назовем книги: «Накануне Войны. Хроника объявленной катастрофы» (2002), «Конвергенция катастроф» (2004), которые вышли под псевдонимом Guillaume Corvus, и «Всемирный переворот. Эссе о новом американском империализме» (2004).

Последний труд Гийома Фая был подготовлен нами к печати в переводе Анатолия Михайловича Иванова, главы Московского центра «Европейская Синергия», давно уже заинтересовавшегося идеями знаменитого археофутуриста. В частности, журнал «Атеней» (Москва, 2004, №5) опубликовал интервью г-на Фая «Боги и титаны». Русское издание «Всемирного переворота» вышло в рамках серии «Библиотека АТЕНЕЯ» в 2005 году и было приурочено к приезду приглашенного нами в Москву французского гостя.

Визит г-на Фая в Россию вызвал неподдельный интерес у русской патриотической общественности. Состоялось несколько его публичных выступлений в Москве и Петербурге, политиками национал-патриотического направления ему был организован приём в Госдуме и встреча с гениальным художником Ильей Сергеевичем Глазуновым. По итогам деловых и дружеских бесед было решено провести в Москве в 2006 году международную конференцию «Будущее Белого Мира» об общих истоках, судьбах и перспективах народов европейского происхождения, которая прошла с большим успехом и теперь уже стала достоянием истории.

Примечание Ю.А. Бобылова. Наши друзья "новых правых" Франции приглашали и меня на эту конференцию. Но в эти дни мной делалась срочная работа для работодателя в Росрыболовстве. В основном моя деятельность была связана с проблемами присоединения России к ВТО и минимизации угроз России. Я стал "экономистом-международником", оценив перспективы проекта "ЕВРОСИБИРЬ" (как "антиамериканского" и уместного). Я не пошел на эту конференцию, но смог пойти на прекрасный вечерний концерт с краткими трибунными выступлениями зарубежных докладчиков.

Когда на одной из официальных встреч я публично задал г-ну Фаю вопрос: какую из своих книг он теперь хотел бы увидеть изданной на русском языке, оратор моментально ответил – «ЗА ЧТО МЫ СРАЖАЕМСЯ. ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ». Этот труд автор считает своим главным, итоговым произведением, называет его «Европейским манифестом», программой «континентального сопротивления и возрождения». Предложение почетного гостя было принято, и вот, благодаря усилиям А. М. Иванова, мы имеем русский перевод ещё одной книги Гийома Фая.

По форме издание действительно представляет собой настоящий толковый справочник философских и политических терминов. Он составлен в алфавитном порядке и включает около двух сотен словарных статей. Каждая из них начинается с краткого объяснения термина, а затем следует комментарий от одной до нескольких страниц со ссылками на другие статьи. В первой части книги помещено обстоятельное предисловие автора в форме философского очерка, а завершает труд его заключение с идеологической программой. В нашей версии, помимо данного предисловия от издателя, имеются также примечания переводчика.

Комментарий к программной работе Гийома Фая необходим не только потому, что простого чтения алфавитного словаря – подряд или по выбору – недостаточно. Мировоззрение западного философа требует критического осмысления с русской национальной точки зрения. Иначе публикация книги «ЗА ЧТО МЫ СРАЖАЕМСЯ» превращается в пропаганду неосмысленных теорий и проектов.

В целом Гийом Фай представляет собой типичного французского мыслителя: энциклопедически образованного, остроумного, галантного, пишущего в стиле легкого очерка – эссе. Это весьма яркая и симпатичная личность, блещущая ораторским искусством, парадоксами и юмором. От господина Фая, которого привычнее называть «соратник» или «товарищ», исходит светлая и теплая энергия любви, облагороженной глубокими знаниями и нелегким жизненным опытом. Находиться рядом с ним легко и интересно, хотя возраст философа уже дает о себе знать, а его пристрастие к табаку усложняет общение.

С точки зрения методологии, нашего автора можно условно отнести к европейской революционно-консервативной школе, основанной философом-волюнтаристом Фридрихом Ницше и продолженной католическим социалистом Карлом Шмиттом. Однако его мировоззрение в целом значительно шире и многогранней. Оно включает классическую диалектику, гегелевскую философию истории, трагическую теорию сферического «времени-пространства», неоязыческую теологию в духе прометеизма, социологию «циркулирующих элит», биополитику на расовой и этнической основе и, наконец, обращенную к катастрофическому настоящему метаполитику, что вместе образует идеологию «археофутуризма», волевого, осмысленного прорыва в будущее, основанного на знании и следовании родовой традиции.

Будучи одним из главных идеологов европейского движения «новых правых», противопоставляющего себя как «новым левым» (неокоммунистам, анархистам и троцкистам), так и христианским консерваторам (старомодным католикам и националистам), г-н Фай отличает свое мировоззрение от таких известных авторитетов как Юлиус Эвола, Рене Генон и Жорж Дюмезиль. Знаменитую классовую теорию «трёх индоевропейских функций» он считает схематичной и недостаточной, а «эволианство» и «генонизм» – опасными разновидностями кабинетного традиционализма, оторванного от реальной жизни и традиции.

Среди современных мыслителей нашему автору по духу близки: философ-язычник Кристофер Жерар, геополитик Роберт Стойкерс, историк Пьер Виаль, художник и политик Янн-Бер Тилленон, ветеран русского патриотического движения Анатолий Михайлович Иванов. Когда-то Гийом Фай сотрудничал с известным философом и издателем Аленом де Бенуа, но в последние годы он прямо и косвенно полемизирует с его либерально-конформистской программой.

Если осмыслить «Идеологический словарь» Гийома Фая как терминологический аппарат единого мировоззрения, мы получим достаточно ясную систему взаимосвязанных понятий. Причем многие из них образуют антагонистические пары.

Так, автор выступает: за обретение памяти и знаний – против нигилизма и «духовного СПИДА»; за открытость будущего – против теории «конца истории»; за святость – против профанаций; за евгенический отбор – против дегенерации; за расовый архетип – против расового смешения; за иерархию и порядок – против равенства и анархии; за культ Родины и Матери-Земли – против космополитизма; за самобытность – против беспочвенности; за этническое самосознание – против этномазохизма; за арийское язычество – против иудео-христианства; за Ницше – против Маркса; за культ героя и творца – против мещанства потребителей и конформизма лицедеев; за меритократию – против охлократии; за биополитику – против геополитики; за имперскую конфедерацию – против националистического местничества; за органическую экономику – против виртуального блефа; за передовую атомную энергетику – против устаревшей нефтяной; за автаркию больших пространств – против мондиализации; за европеизм – против американизма; за единый фронт белых народов Севера – против колонизации «цветных» мигрантов с Юга, в частности воинственных мусульман; за стратегический союз Европы с Россией – против пресмыкательства перед «мировым жандармом» США и т.д.

Объединенные в единое мировоззрение, хорошо осмысленные и обоснованные, эти понятия вместе образуют цельную программу европейской консервативной революции, логичный ответ автора на необъявленные войны современности. Это борьба за качественно Новый Мир, за торжество наших расовых архетипов и священных идеалов. Это наша альтернатива современной деградации, Белая Реконкиста нашего поколения, где каждый выполняет свой долг и защищает честь нации на своем месте.

В статье «Революция» Гийом Фай формулирует основные направления этой Реконкисты:

1. Общий возврат к форме общества, основанного на неравенстве, дисциплине, подлинно демократического, но также аристократического, вдохновляемого греческим гуманизмом.

2. Окончательный разрыв с нынешней организацией Европейского Союза (ЕС), неуправляемого, лишенного всякого суверенитета, всякой привлекательности, всякой надежной обороны, всякой защиты входящих в него народов, в пользу новой, радикально отличной Европы.

3. Курс на этноцентрическую Евросибирь, избавленную от ислама и от масс колонизаторов из регионов Третьего мира.

4. Применение к этому целому принципа автаркии больших пространств, разрыв с мондиалистской свободой торговли. Это означает принятие критериев органической экономики, как с производительной и финансовой, так с экологической и социальной точки зрения.

Евросибирь или ЕвроРоссия?

Поскольку стратегическая концепция «Евросибири» находится в центре нынешней идеологии г-на Фая, а к нам, русским, она имеет прямое отношение, имеет смысл проанализировать ее более детально.

В рамках евросибирской доктрины наш мыслитель предлагает создать континентальный военно-политический блок. Его инициаторами должны стать Франция и Россия, заключив в предварительном порядке ядерный «пакт защиты» всех европейцев, который заменит «дырявый американский зонтик» и создаст условия для формирования совместных сухопутных сил.

«Поскольку союз с Россией более предпочтителен, чем союз с Америкой, – утверждает Гийом Фай, – европейцы должны отказаться от желания быть «европейским столпом НАТО» и обратиться к другой идее: роспуска НАТО и создания сугубо оборонительного военного союза (включая военную промышленность) между всеми странами ЕС, странами Центральной, Восточной Европы и Российской Федерацией. Будучи стратегической прелюдией возникновения Евросибири, это геополитическое видение «вооруженного нейтралитета», антиимпериалистического и оборонительного, соответствует доктрине «гигантского ежа», сформулированной Робертом Стойкерсом в его многочисленных статьях по геополитике. Короче, следует высказаться за новый Варшавский пакт от Атлантического до Тихого океана».

В дальнейшей перспективе этот Евросибирский союз будет неизбежно испытывать давление с Юга и со стороны Ислама, а также враждебное отношение США. Поэтому он будет заинтересован, по мнению автора, в континентальном союзе с Индией и Китаем, одновременно военном и экономическом, «поскольку эти две великие державы имеют тех же врагов, что и мы, в частности, Ислам».

Поскольку Гийом Фай видит формирование Европейско-Российского союза, способного конкурировать со сверхдержавой США и НАТО, в качестве закономерного следствия окончания «холодной войны», он не рассматривает всех американцев как «смертных врагов», а лишь как «противников», то есть сильных конкурентов. Он не призывает «топить Америку», которая и без того уже погрязла в собственных нечистотах. Следуя расовой логике, г-н Фай предвидит возможное в будущем возвращение американцев европейского происхождения на родной материк, что сделает его еще сильнее. Но для этого Запад должен «обратиться лицом к Востоку». К Белому Востоку, добавим мы.

На первый взгляд, доктрина Евросибири как «нового Варшавского договора» кажется оптимальной альтернативой в современных условиях, особенно если учесть унизительное положение европейских народов в нынешнем ЕС, который г-н Фай называет «ублюдочным» и «пресмыкающимся» объектом. Однако русскому человеку сразу бросается в глаза принципиальное внутреннее противоречие, заложенное уже в самом названии «Евросибирь».

Современная Европа, как бы мы ее ни оценивали, представляет собой не только географический, но также исторический и юридический субъект. Народы, избравшие для новой общности имя дочери финикийского царя Агенора, правившего в древнем Сидоне (нынешний Ливан), имеют теперь общие законы, экономические правила, валюту, господствующую религию (католицизм), и даже парламент, заседающий в Брюсселе, своего рода европейской столице.

Сибирь же никогда не была и не будет самостоятельным историческим субъектом, потому что это лишь географическое понятие, восточная часть России. И из-за того, что на территории, колонизованной и освоенной русскими, наряду с нами живут другие этносы, пусть даже более древние, она не перестает быть российской землей. Сибирь – это такая же неотъемлемая часть нашего государства, как Урал или Камчатка, Причерноморье или Дальний Восток.

Поэтому, если уж вводить неологизм для обозначения военно-политического союза народов Европы и России, то лучше назвать его Евро-Россией, или Евро-Русью. Тогда реальный исторический и юридический субъект (Россия) не будет подменён географическим пространством (Сибирь), которое является одной из частей России. Методологически мы перейдем от геополитического взгляда – к этнополитическому, на чем так настаивает сам Гийом Фай.

Эту свою точку зрения на проект «Евросибири» я четко сформулировал в итоговом докладе на международной конференции «Будущее Белого мира» в Москве (2006), оглашенном на английском языке. Позже мой доклад, выставленный в Интернете на портале http://www.ateney.ru, был переведен также на французский язык, а затем выслан почтой самому г-ну Фаю и его соотечественникам, принимавшим участие в нашей московской конференции.

Приходится писать об этом сюжете подробно, поскольку не только наши друзья и соратники из западных стран, но даже многие русские люди не понимают, что такое Россия.

Россия – это судьбоносная страна. Она называлась «Русью», «Московским Царством», «Российской Империей», «Советским Союзом», теперь именуется «Российской Федерацией», и, несмотря на все эти перемены, до сих пор содержит в себе особое качество сверхдержавы. Её Белое Тело сохраняет породу, память и дух нашей расы, а не только русской нации.

Находясь в самом центре Евразии, Россия была, есть и будет самой большой европейской страной, защищающей Запад от монголо-татарских и тюркских орд. Формально её можно назвать пост-европейской, как США или Канаду, потому что мы – законные наследники белых колонизаторов. Однако, благодаря нашей расе, языку, традиции и культуре, мы были и остаёмся европейцами, несмотря на все драмы XX столетия.

Именно русские по происхождению люди, включая казачество как однокоренной субэтнос, образуют генетическую основу нашего великого народа, ядро и стержень нашего государства. Если бы не русские и не казаки, то вся Евразия и Сибирь давно бы уже были завоёваны китайцами и мусульманами. Россия и ныне является центром Белого сопротивления выходцам с Кавказа и азиатского Востока.

К сожалению, русский народ стал временно разделённой нацией, как немцы после Второй мировой войны. Сам исторический центр Руси ныне разбит на три большие части: Великую Россию, Белую Русь и Русь-Украину, где некогда находился центр Малой России. Проект ЕвроРоссии поможет объединить три Руси на новых путях и на новом уровне.

Россия снова должна стать сильным национальным государством внутри границ славянской части бывшей империи. Русские составляют более 80% нашего нынешнего населения, поэтому нашей гомогенной нации не нужно искусственное дробление на автономные субэтносы. Другие славянские, арийские и белые народы могут быть нашими союзниками в борьбе против общей генетической и культурной деградации.

В сложной архитектуре нового Священного Союза свое важное место займут не только Россия и Франция. Европейская симфония XXI века немыслима без Германии, Италии, Испании, Греции, Польши. Выражая симпатии к французскому народу, наследующему трезвый, веселый и ироничный дух древних галлов, я, вместе с тем, не могу не отметить особую роль русско-испанских отношений, которым посвятил специальное исследование.

Россия и Испания – это два крыла Европы, две древние страны, с богатым имперским прошлым. Их роль в мировом процессе всегда была весомой. Качественно отличаясь друг от друга, русский и испанский миры имеют также общие черты, параллели и аналогии, обусловленные объективными закономерностями.

С точки зрения географии, Россия и Испания расположены на противоположных полюсах Евразийского континента. С этнической точки зрения, наши народы принадлежат к европеоидной расе. В этногенезе и формировании наших национальных культур принимали участие родственные племена и народы, в том числе славянского (венедо-вандальского), германского и индо-иранского (арийского) происхождения. Русский и испанский языки, на которых сегодня говорят десятки народов, относятся к индоевропейской лингвистической семье.

С точки зрения истории, Испания и Россия также прошли схожий путь. Из небольших христианских государств, возникших в XV-XVI веках в результате Реконкисты и свержения татаро-монгольской Орды они выросли в грозные империи с обширными колониальными владениями в Азии и Америке, которые пережили в конце ХIХ – начале ХХ веков период своего краха.

Рыцарство вандалов и венедов, православная и католическая мистика с её углублённым культом Царицы Небесной, русское дон-кихотство и испанский анархизм, неоконсерватизм Доносо Кортеса и Константина Леонтьева, тоталитаризмы Сталина и Франко, демократические разочарования и неомонархические иллюзии, – вместе образуют две стороны одной европейской медали.

Вот почему, поддерживая попытки европейских друзей построить континентальную ось Москва-Берлин-Париж, мы смотрим на этот интеграционный проект шире, как на Славяно-арийский союз: от Испании до Индии.

Запад Евразии – это часть Европы

Теперь допустим, что проект Евро-России уже запущен, начали работать первые комиссии и юристы, но тогда тут же встает проблема центра. Где именно будет заседать сначала Евро-Российский совет, а затем основана столица нового Союза? В какой стране и каком городе?

Проблему организации международных совещаний континентального уровня можно решить на циркуляционной основе, то есть смены рабочих площадок по олимпийскому принципу. Однако в недалёком будущем вопрос о главном центре притяжения, реальной столице, станет решающим.

В программной книге Гийома Фая есть ответ на данный вопрос. Критикуя ограниченность местных национализмов, в том числе родного для него – французского, тщетность иллюзий вернуть «утраченную Францию» и возродить «Наполеоновскую мечту», наш стратег следует логике «европейского националиста». Прообраз новой Европы он видит в так называемом «каролингском полюсе», призывая Францию создать вместе с Германией «неокаролингское целое».

Читателю, незнакомому со средневековой историей, напомним, что Каролинги – это императорская династия в королевстве Франков, названная по имени Карла Великого (742-814). Он прославился не только своей Академией, покровительствовавшей наукам и искусствам, но еще более – агрессивными войнами, расширившими империю за счет завоеванных земель бывших германцев, латинян и славян. Мы здесь не будем касаться любопытной проблемы взаимоотношений династии Каролингов с более древней линией Меровингов, связанных родовыми корнями с вендами, но заметим, что именно Карл Великий начал христианский Drang nach Osten, покоряя европейских язычников с помощью «креста, огня и меча».

Идея воссоздания «каролингского полюса» как ядра или кристалла чаемого европейского возрождения, противопоставленного англо-саксонскому миру, является также любимой идеей геополитика-мистика Жана Парвулеско. В публичной полемике с ним мне уже приходилось писать о непривлекательности этого неокатолического проекта для православных славян и восточных европейцев в целом.

И хотя Гийом Фай не делает такой сильный акцент на «каролингском наследии», как Жан Парвулеско, европеизм автора «Идеологического словаря» в целом носит западнический характер. Методологически Гийом Фай исходит из философии истории Гегеля, делившего народы на «исторические» (германцы) и «неисторические» (славяне). Современный европоцентрист неоднократно упоминает, наряду с германцами и французами, итальянцев, каталонцев, бретонцев, шотландцев и т.д., но никогда – поляков, чехов, словенцев, украинцев или белорусов.

Русские и славяне в целом для автора теории «Евросибири» – это союзники в его стратегическом проекте, но не лидирующие субъекты. Среди действующих лиц «Идеологического словаря» вы не найдете князя Святослава Хороброго, Петра Великого, Александра Суворова, Льва Толстого или Петра Чайковского, не говоря уже о русских мыслителях и героях ХХ века, таких как Алексей Лосев, Сергей Королев или Юрий Гагарин. В качестве примера творческих личностей автором упомянуты Мольер, Моцарт, Бодлер, Ницше, Ван Гог и Селин. Перечисляя пионеров изучения космоса, наш археофутурист упоминает Жюля Верна и Вернера фон Брауна, но ни словом ни обмолвился об основоположнике научной космонавтки Константине Циолковском. Ленина и Сталина он ставит в одном ряду с Мао Цзэ-Дуном как пример знаменитых тиранов.

Разумеется, такая однобокая картина – не злой умысел автора, это его базовые знания, которые закладывались в подсознание с детства и университетской скамьи. Фактически пребывая в лоне европейского западничества и развивая ее внутреннюю логику, Гийом Фай субъективно стремится вырваться из этой западни.

Ведущая историческая роль России

Первое в жизни посещение России в 2005 году и личное общение с лидерами русского движения значительно изменили взгляды французского мыслителя на восточную часть европейского континента. Эти изменения ясно отражены в его докладе «От геополитики – к этнополитике. Новая концепция «Евросибири». Ведущая историческая роль России», оглашенном на международной конференции «Будущее Белого мира» (Москва, 2006). Поняв, что наш народ принадлежат к числу главных центров европейской цивилизации, г-н Фай сам настаивал на том, чтобы историческая встреча была проведена именно в России.

В исключительно дружеском и конструктивном по духу выступлении Гийом Фай заявил о неизбежности фундаментальной исторической и этнической солидарности, которая должна отныне объединить все народы европейского происхождения. В XXI веке мы сталкиваемся с общими угрозами гигантских масштабов не только нашей самобытности, но и самому выживанию. А посему давнее национальное соперничество между нашими народами должно быть диалектически преодолено и заменено стратегическим союзом.

Исходя из прежнего геополитического проекта построения этноцентричной и самодостаточной Евросибири «от Бретани до Берингова пролива», дополненного расовым понятием Север, г-н Фай по-новому видит и роль нашего Отечества в чаемой им конфедеративной Империи. Он теперь рассматривает Россию как потенциальный «центр самого могущественного объединения на планете».

Прозорливость археофутуриста настолько глубока, что он дает исключительно точное определение нашей страны не как «европейской», а как «сверх-европейской», имея в виду ее особую миссию – собрать лучшее наследие всех народов. Философ прекрасно осознает, что большинство людей, особенно на Западе, воспринимает его предвидение как романтическую мечту, но сам он видит Россию именно как «центр исторической Судьбы», как ось современной истории. «С помощью России европейские народы смогут объединиться и отстоять свою самобытность. Без России, ее народа, ее пространств, ее ресурсов, ее гения ничего не получится», – таково пророчество Гийома Фая.

Вот почему, проект Евросибири как одна из концепций Имперской федерации, гораздо ближе нам, чем, например, манифесты местных регионалистов, мечтающих о создании конфедерации «малых родин», или гигантомания постсоветских геополитиков, выступающих за Великую Евразию без разбора расы и племени. Наш автор сознательно стремится преодолеть ограниченность старых моделей европеизма, критикует лозунг «почва прежде крови» и даже провозглашает идеал «Третьего Рима», столь созвучный чаяниям русских православных мистиков.

Гийом Фай видит Имперскую федерацию как союз свободных этнически, культурно и исторически родственных наций. Она предполагает три уровня гражданства: 1. Региональная малая родина; 2. Гражданство исторической страны; 3. Общее этническое и историческое гражданство, охватывающее весь наш континент. Эту структуру «трёхэтажной империи» я бы дополнил юридическими различиями в понятиях «Родина» и «Отечество». Тогда мы получает другую трехчастную структуру: 1. Малая Родина (место рождения); 2. Историческое Отечество (земля предков); 3. Имперское гражданство.

Всемирная история свидетельствует о том, что континентальная Империя не может быть западнической – так сказать, одноглавой. Хищный орёл римлян, германских варваров и армии Наполеона, в конце концов, оказался слабее двуглавого чудища Византийской и Российской Империй. Именно мы, русские, наследуем и несем в себе полноту имперской традиции. Для нас европейская культура – органичная часть собственной души, не то, что русская культура для Запада. Это мы говорим с западными мыслителями на их языках, а не они с нами на русском. Мы смотрим шире и дальше, устремляясь в космические выси и глубины древней истории. Значит, нам самой Судьбой вручен жезл первенства, который надо уметь держать по-царски. И реальный центр чаемой нами Имперской федерации, действительно, должен быть не на Западе Европы, а на её Востоке, на территории исторической Руси.

Если нашего имперского орла вооружить не только ядерным арсеналом и космическими ракетами, но также расовой, генетически полноценной религиозной и идеологической стратегией, то западная и центральная Европа неизбежно станут союзниками России.

Меритократия и языческое мировоззрение

Другая серьезная проблема, встающая перед сторонниками стратегического проекта ЕвроРоссия – это вопрос о субъекте Белой революции на континенте. Проще говоря, кто её возглавит?

С точки зрения арийской традиции, строго придерживающейся принципа деления общества на касты (варны), общественными процессами должны управлять наделенные властью брахманы (священники) и кшатрии (чиновники и военные). В Западной Европе, несмотря на все революции, сохранились остатки этой иерархии. Можно критиковать слабые стороны католического папизма и вырождающейся знати, идеологию масонства и закрытых обществ, но невозможно отрицать само существование на Западе традиционной структуры власти.

В России после большевицкой революции иерархическая пирамида власти оказалась перевернутой: шудры (рабочие) были поставлены выше, чем брахманы и кшатрии. Революционный управляющий класс представлял собой псевдоэлиту, далекую от принципов аристократизма, не говоря уже о подмене прежнего национального и расового состава. Когда, в силу исторических законов, русские начали постепенно восстанавливать традиционную структуру власти, включая его этническую основу, произошел очередной переворот, который возвысил «новый средний класс» – вайшью (торговцев и ремесленников). Эти «новые русские», переключившиеся от производственной деятельности к мелкому бизнесу, уже не ассоциируют себя с «миром голодных и рабов», однако они весьма далеки от идеалов кшатриев и брахманов, которые призваны формировать аристократию.

Понятие «аристократия» в буквальном смысле означает «правление лучших». То есть здесь имеется в виду качество правителя, а не его статус в формальной иерархии или материальное состояние. Подлинная аристократия, по убеждению Гийома Фая, должна быть, прежде всего, связана тесными узами с генетическим, культурным и духовным наследием своего народа. «Каковы качества настоящего аристократа? Верность своему народу и служение ему, отказ от личных интересов, гордая скромность, творческая сила, чувство совершенства и эстетический вкус, простота и возвышенность», – пишет автор «Идеологического словаря».

Совершенно очевидно, что новая творческая аристократия не может возникнуть из торговцев, мелких предпринимателей и конформистов-чиновников. Ибо каждая каста имеет свои неотъемлемые качества (гунны), образующие вместе коллективную душу. То, что внутри одной касты считается нормой, для другой – может быть неприемлемо.

Формирование новой аристократии происходит чаще всего в воинском сословии. Условия жёсткого отбора и современной войны естественным образом выдвигают вперёд и вверх наиболее достойных лидеров, героев и вождей. Они образуют «меритократию», власть по заслугам, которую можно назвать также «аристократическим социализмом».

Меритократия призвана совершить исторический прорыв благодаря природным качествам героев Белой Революции и идеологии обновленного язычества, основанного на силе ума и красоты, на верности исконной Полярной Традиции и Арийскому духу, на принципах родства и сословной иерархии, которые породили изначальную аристократию.

Для Гийома Фая, считающего себя язычником не только по духу, но и по идеологии, это архаичное мировоззрение не является антихристианским. Оно нехристианское по сути и постхристианское по времени. Это не мы зависим от библейской традиции, а сами христиане – от исконного мировоззрения индоевропейцев. Церковь, особенно Православная, включила в себя много языческих элементов, в частности, политеизм Святой Троицы, культ Богородицы (Царицы Небесной), почитание святых, подобных древним богам (Св. Георгий, Св. Власий, Св. Пятница) и т. д.

Кроме того, современное языческое мировоззрение (неоязычество), многообразное по формам и содержанию, – это не то же самое, что взгляды античных философов или жрецов. Оно органично и целостно, смотрит на народ как на общность Судьбы, основанную на родстве и иерархии. Оно не призывает уничтожить Церковь, как это делали атеисты времен французской и советской революций, а ищет союза с теми православными людьми, которые не отвергают языческое (читай – народное и славяно-арийское) наследие.

«Исторический союз настоящих языческих философов, независимо от того, вдохновляет ли их Греция, Рим или Индия, с традиционным европейским христианством, – пишет Гийом Фай – непременное условие беспощадной борьбы, с одной стороны, против масонской гнозы, с другой – против мракобесия колонизаторов-мусульман, и с третьей – против вируса материализма».

Будучи вдохновленным эстетикой Ницше, с его культом Аполлона и Диониса, автор идеологического словаря пророчествует о возвращении языческих богов в грядущем. В одном из своих интервью Гийом Фай раскрыл своё современное понимание Пана, Зевса, Посейдона, Венеры. Он показал, что европейские боги – живы, если их воспринимать не как книжную аллегорию, а как пантеистическую реальность.

Да, с нашей точки зрения, тоже более правильно говорить о вечном пребывании Родных Богов с нами, об их небесном коловращении и перевоплощениях в бесконечном множестве образов. Не случайно, императрицу Екатерину Великую изображали в виде богини мудрости Минервы, непобедимого полководца Суворова – в виде бога войны Ареса, а императора Александра Благословенного – в образе славянского героя Родомысла. И когда современные язычники прославляют родного громовержца Перуна, за образом которого ныне стоит военно-промышленный и авиакосмический комплекс России, они ближе к Правде и к Победе, чем консерваторы-христиане, призывающие нас «молиться кротко за врагов» и искать спасения в загробном мире.

Это не значит, что мы, как старые язычники, живем в однообразном потоке повторяющихся природных циклов (космических ритмов). Наше мировоззрение не является также простым антиподом финалистической (телеономической) перспективе христианского мировоззрения. Линейному и плоскому восприятию времени и пространства, позитивистской интерпретации истории, мы противопоставляем многомерное понимание мира. В этом смысле, «сферическая» модель истории, которую наш автор развивает вслед за Ницше и Локки, более современна. Вечный возврат тождественного (а не того же самого), фаустовский драматизм, открытость недетерминированного будущего, – все это гораздо ближе нам, нежели наивный оптимизм прогрессистов или фанатичные угрозы проповедников Армагеддона.

Только я бы не стал отказываться от телеологического вектора истории. Жизнь, хотя и вращается по кругу, имеет на каждом витке свои цели и ценности. Она – не бессмысленно катящийся шар, а вечное восхождение и рождение нового качества. Иначе говоря, история выходит за рамки сферической модели. Она подобна сворачивающейся спирали, где субъекты образуют планеты, звезды и спутники, вращающиеся вокруг бесконечного множества орбит. Соединить воедино или хотя бы придать определенное направление в движении этому хаосу атомарных миров может только общий вектор. Он притягивает планеты разного достоинства и вынуждает их вращаться по законам и ритмам священного времени (календарные праздники, посты, молитвы) вокруг общей оси, той самой, которую мы называем исторической Судьбой. Вечные Парки (Мойры) вращают космическое веретено, прядут жизненные нити и ткут из них ткань нашего Бытия.

Таким образом, неoязыческое мировоззрение – это не примитивное антихристианство, а судьбоносная теургия, сознательное сотворчество с живыми Богами. Оно подобно мифу о Прометее, создавшего людей по воле всемогущего Зевса и при содействии мудрой Афины. Если же мы соединим языческую теургию с ведической и православной антропологией, то мы выходим на новый виток космогенеза, где ницшеанский миф о сверхчеловеке обретает невиданные горизонты рождающегося Богочеловечества.

Мы – воины Четвертой мировой войны, которая разворачивается в качественно новых пространствах, с участием новых субъектов и привлечением новых средств. Её главное оружие – это адекватный ответ вызовам современного мира, где особая роль принадлежит союзу России и Европы. В условиях XXI века мы вместе призваны выработать свою собственную, основанную на аристократизме, неоязыческую парадигму лидерства и господства: волевого, технологически мощного, прекрасного и ужасающего врагов, как наша грядущая Победа.

Источник: Сайт историка и метаполитика, главного редактора Русского Международного Журнала "АТЕНЕЙ" Павла Владимировича Тулаева - http://www.tulaev.ru

Послесловие от Ю.А. Бобылова. Кажется, для многих российских читателей, близких к англоязычному миру все сказанное выше - большое откровение. И не все из фундаментальных трудов "новых правых" Франции переводится на русский язык. Ничего! Все это узнаем! Впереди - новые цели и новые победы России и Франции!